Новый вид боевой авиации или что мы можем противопоставить боевым беспилотникам

[Ad]

Новый вид боевой авиации или что мы можем противопоставить боевым беспилотникам

В военных конфликтах на Ближнем Востоке беспилотники стали массово применяться в качестве ударной силы ими уничтожаются целые воинские подразделения. Сможем ли мы что-то противопоставить боевым беспилотникам?

Сможем ли мы, если потребуется, что-то противопоставить чужим боевым беспилотникам? На вопросы "Российской газеты" отвечает генеральный конструктор компании "Кронштадт" Николай Николаевич Долженков - один из самых компетентных специалистов в области проектирования беспилотных летательных аппаратов.

Николай Николаевич, еще в начале 1980-х вы - совсем молодой конструктор ОКБ им. Яковлева, играли ключевую роль в создании разведывательного беспилотника "Пчела". Для своего времени он оказался одним из лучших в мире. Применялся во время контртеррористических операций на Северном Кавказе в 1990-х. А потом наступил какой-то провал. В итоге мы были вынуждены закупать разведывательные беспилотники в Израиле, спешно адаптируя их к требованиям Российской армии. Почему так получилось?

Николай Долженков: К сожалению, мне приходится лишь констатировать то, что в то время наша страна оказалась не совсем готова к беспилотным вызовам. Не буду подробно говорить о том, почему сложилась такая ситуация - слишком много объективных и субъективных причин. И еще, когда не хватало денег ни на что, на мой взгляд, были неправильно расставлены приоритеты.

Если бы сконцентрировали финансы, которых требовалось не так уж и много, на создание беспилотников, сейчас мы бы имели линейку аппаратов, решавших самый широкий круг задач на поле боя и в мирной жизни.

В боевой авиации - самое дорогое и ценное это не самолет или вертолет, а летчик. Даже самый сложный истребитель можно собрать за несколько месяцев, а для подготовки классного летчика требуются годы и немалые материально-технические ресурсы. Результаты же боевого применения ударных дронов, что мы видим в Сирии, сравнимы с результатами, получаемыми пилотируемыми самолетами. С существенной разницей - потерь среди пилотов не будет. В настоящее время наше Министерство обороны стало уделять беспилотникам существенное внимание. За очень короткое время мы совершили настоящий прорыв.

Каково место России в разработке и производстве беспилотников среди ведущих стран мира?

Николай Долженков: Мы сегодня имеем некоторое отставание, но оно пока не катастрофично. По конструкторским идеям и по техническому уровню создаваемых у нас аппаратов мы почти не уступаем ведущим странам. И находимся в абсолютно конкурентном состоянии с Китаем.

Должен сказать, что основным нашим конкурентом на рынке, если говорить об экспортных продажах в будущем, будут не американцы или европейцы, а именно Китай. Номенклатура китайских беспилотников и особенно темпы их разработок значительно превышают то, что делается в остальных странах. И это надо учитывать.

Я говорю о беспилотных летательных аппаратах, у которых масса больше тонны. Именно они будут играть ключевую роль и в военной сфере и в гражданской. Если мы не среагируем на китайский вызов, то нам придется покупать китайские комплексы, чего крайне бы не хотелось.

Ваш беспилотник "Орион" стал сюрпризом авиасалона МАКС-2017. На военно-техническом форуме "Армия-2019" о нем также много говорили. Как этот аппарат появился и на что он способен?

Николай Долженков: Военными был объявлен конкурс на создание многофункционального беспилотного летательного аппарата средней дальности массой около тонны. В нем участвовали практически все ведущие авиастроительные фирмы. Выиграли мы. В создании аппарата участвовал коллектив достаточно молодых, но очень профессиональных специалистов различных направлений. Технические параметры и характеристики "Ориона" можно найти в открытых публикациях. Напомню основные.

Размах крыльев - 16 метров, длина аппарата - 8 метров, взлетная масса - 1000 кг, максимальная масса полезной нагрузки - 200 кг, продолжительность непрерывного полета - не менее 24 часов, может подниматься на высоту 7500 метров.

Наш беспилотник прежде всего рассчитан на выполнение разведывательных полетов, может работать как ретранслятор.

Новый вид боевой авиации или что мы можем противопоставить боевым беспилотникам

Вы - главный конструктор "Ориона" не столько по должности, сколько по сути. Это действительно ваша машина. Чем вы гордитесь больше всего?

Николай Долженков: Беспилотники всегда позиционировались как изделия двойного назначения, поэтому имели ряд серьезных экспортных ограничений поставок высокотехнологичных компонентов из западных стран в нашу. И хотя мы начинали работать, когда о санкциях не было речи, ставку сделали только на отечественные комплектующие. А с учетом того, что беспилотники такого уровня как "Орион" в нашей стране никогда не выпускали, нам пришлось более девяноста процентов всего комплектующего оборудования делать самим и с нуля. Сделали.

Мы изначально решили - наш беспилотник практически полностью будет композиционным. В кооперации с ведущими научными центрами страны удалось разработать новейшую технологию производства углепластика, основанную на вакуумной инфузии. И сегодня наши технологии используют самолетостроители, которые как раз с санкциями и столкнулись.

Мы разработали достаточно оригинальный движитель - двухлопастной винт, также сделанный из композиционных материалов. Он имеет изменяемый шаг, чего раньше не было в этой размеренности. А еще наш аппарат снабжен уникальной противообледенительной системой, что дает возможность использовать "Орион" в северных широтах.

Еще одно наше достижение - мы первыми в стране сделали полностью электрический летательный аппарат такой размерности. На "Орионе" нет ни гидравлики, ни пневматики, за исключением воздуха в шинах шасси.  Все привода - электрические. Отечественное авиастроение к этому только идет.

На наших глазах появляется новый воздушный флот с искусственным интеллектом, в работе которого участие человека сведено к минимуму

Впервые мы использовали элементы искусственного интеллекта. Беспилотный комплекс построен таким образом, что в случае какого-то отказа или потери связи с оператором или какой-то иной нештатной ситуации аппарат способен сам вернуться на базу и приземлиться. Нам удалось реализовать полностью автоматическое выруливание, взлет, посадку и даже заруливание в ангар. Без участия человека. Здесь надо понимать, что когда я говорю "мы", я имею ввиду всю нашу широкую сеть соразработчиков, которым АО "Кронштадт" заказывало эти компоненты.

Что сделать сложнее - беспилотный или пилотируемый летательный аппарат?

Николай Долженков: Наш беспилотный летательный аппарат полностью идентичен по бортовому комплексу пилотируемому самолету. С той разницей, что все пришлось делать заново в значительно более миниатюризированном виде. А это сложнейшая задача. Мы не могли, например, просто взять какие-то компоненты, используемые в истребителях, и разместить их на беспилотнике. Масса и габариты летательных аппаратов несоизмеримы.

Свою профессиональную деятельность я начинал в ОКБ им. А.С. Яковлева, был Главным конструктором Як-130. Могу сказать, что хороший и работоспособный беспилотник создать в чем-то даже труднее, чем пилотируемый самолет. Именно в силу несопоставимой размерности. Напомню, мы с вами говорим об аппаратах массой более тонны.

Когда "Орион" появится в войсках?

Николай Долженков: Мы практически завершили первый этап госиспытаний. Что это дает? Путевку в серийное производство. А это самое главное. Сейчас уже можно вести речь о заказе, разворачивании серийного производства и поступлении первых партий в войска. Чем раньше это произойдет - тем лучше. Решать заказчику.

При этом надо иметь в виду то, что военные накапливают все больше и больше практического опыта эксплуатации беспилотных комплексов такого класса.

Сейчас существует опыт использования БЛА "Форпост". Его масса 450 кг. К тому же, это российская адаптация израильского дрона Searcher. А первый Searcher был показан еще в 1990 году, то есть военные используют разработки восьмидесятых годов прошлого века. Наш "Орион" - полностью российский аппарат, созданный в ХХI веке. У "Форпоста" и "Ориона" совершенно разные возможности, несопоставимые потенциалы развития.

Турция нанесла серьезный ущерб сирийской армии, используя ударные беспилотники. У нас тоже много, порой очень оптимистично и даже пафосно говорится о создании собственных ударных беспилотников. Когда же они, наконец, появятся?

Николай Долженков: То, что их до сих пор нет - следствие общей недооценки роли беспилотной авиации в современных и перспективных войнах. Сейчас ситуация кардинально поменялась.

Одна из проблем - отсутствие оружия, которое возможно применять с отечественных дронов. Мы не можем взять ни одну из существующих управляемых ракет и повесить на беспилотник - он просто не выдержит пуска и развалится в воздухе. Однако в настоящее время ракетное оружие, рассчитанное на применение с беспилотников такой массой как "Орион" практически создано.

Со своей стороны мы уже создали и систему его подвески, и систему боевого управления. Будет оружие - будут ударные машины. Я уверен - это произойдет в обозримом будущем.

В СМИ прошла информация о том, что Турция впервые в мировой военной практике применила в Сирии рой беспилотников. Что это такое и зачем нужно?

Николай Долженков: Действительно, в районе Идлиба в небе одновременно находилось много ударных дронов. Это был массированный удар, но не роевой, так как каждый аппарат управлялся индивидуально.

Что такое настоящий боевой рой? Представьте - в небе появляется несколько десятков дронов массой в несколько тонн, которые несут ракеты и бомбы большой разрушительной силы. И маневрируют эти машины одновременно, как стая птиц, не сталкиваясь друг с другом и не перекрывая друг другу секторы обстрела. Они представляют первый эшелон авиации, принимая на себя удар ПВО, сохраняя пилотируемые самолеты и жизни летчиков, с которыми взаимодействуют и корректируются ими. Управление роем может быть осуществлено с использованием искусственного интеллекта. Над решением этой задачи сейчас очень активно работают в США и КНР.

Могу сказать, в инициативном порядке и мы пытаемся создать алгоритмы управления роем тяжелых беспилотников. Это будет некая модель нейронных сетей, в которых дроны постоянно взаимодействуют друг с другом, передают миссии в случае повреждения, меняются лидерными ролями и в итоге приходят к той цели, которую необходимо уничтожить, а также, взаимодействуют с пилотируемой авиацией.

Каковы перспективы использования средних и тяжелых беспилотников в гражданском секторе экономики?

Николай Долженков: Они неисчерпаемы, тем более для нашей страны. И мы в этом направлении работаем при активной поддержке Минпромторга. Подана заявка на сертификацию типа гражданской версии "Ориона".

Предстоит решить массу задач - технических и правовых. Необходимо, чтобы для тех, кто управляет воздушным движением, не было разницы, с чем или кем они общаются - с экипажем пилотируемого самолета или с оператором дрона. Это сложнейшая проблема, но мы ее решаем. В перспективе крупные беспилотники станут такими же полноправными участниками воздушного движения, как пилотируемые самолеты.

Новый вид боевой авиации или что мы можем противопоставить боевым беспилотникам

Где предполагается использовать тяжелые беспилотники в первую очередь?

Николай Долженков: Это прежде всего мониторинг больших площадей. Беспилотники могут находиться в воздухе сутки и даже больше. Обследуя с помощью чувствительной аппаратуры огромные пространства лесов, они способны мгновенно обнаружить очаг возгорания, который можно потушить минимальными усилиями, не допустив его перерастания в настоящий огненный шторм.

Другое направление - мониторинг Северного морского пути и вообще арктических территорий. Это актуальнейшая задача, связанная и с прокладкой пути для судов, и с оценкой ситуаций в различных акваториях, и с прогнозом погоды, и с экологией, и с решением других задач. Сегодня такое наблюдение осуществляют спутники - это не всегда удобно. Качество их работы зависит от погоды. На Севере она редко бывает ясной. А вот беспилотники могут стать своеобразными квазиспутниками, которые смогут осуществлять мониторинг постоянно и при любой погоде.

Тяжелые беспилотники способны эффективно решать транспортные задачи в труднодоступных районах, которых за Уралом хватает. Причем, без участия человека, в автоматическом режиме. У нас есть проекты больших беспилотников с вертикальным взлетом и посадкой. Более того, наши технологии управления позволяют сделать любой транспортный самолет беспилотным - от небольшого Ан-2 до гигантского Ан-225. Такие машины могут прилетать в определенную точку и сбрасывать грузы на парашютах или разгружаться на аэродромах.

Как вы видите это чисто организационно?

Николай Долженков: Думаю, будет некая структура, владеющая парком различных беспилотников и способная их технически обслуживать. А уже заинтересованные ведомства или частные структуры на договорной основе смогут заказывать мониторинговые или транспортные услуги для выполнения своих задач.

На наших глазах появляется новый воздушный флот с искусственным интеллектом, в работе которого участие человека сведено к минимуму.

Николай Долженков: Скорее всего, это действительно так. Пока этот вопрос скорее философский. Но может случиться, что он скоро, уже в текущем десятилетии, перейдет в практическую плоскость.

Сегодня у нас тяжелых беспилотных летательных аппаратов мало. Но не так страшно отставание в абсолютных единицах. Главное - не отставать по темпам реализации конструкторских идей. Если здесь мы не отстанем, то при острой необходимости в кратчайшие сроки реализуем любой по масштабам и сложности проект.

https://rg.ru/2020/03/17/konstruktor-nikolaj-dolzhenkov-rasskazal-o-bespilotnikah-budushchego.html

[Ad]

Справка:

Новый вид боевой авиации или что мы можем противопоставить боевым беспилотникам

Николай Долженков родился 9 ноября 1956 года в городе Березники, Пермского края. В 1980 году с отличием окончил Московский авиационный институт. Трудовую деятельность начинал в ОКБ им. А.С. Яковлева, где проработал с 1980 по 2009 год. Прошел путь от инженера-конструктора до первого заместителя гендиректора ОКБ. вышеуказанного бюро. В качестве главного конструктора руководил созданием учебно-боевого самолета Як-130 - первого летательного аппарата, спроектированного в Российской Федерации от замысла и до серийного производства после распада СССР. C 2011 года - Генеральный директор и Генеральный конструктор беспилотного направления компании "Кронштадт". Заслуженный конструктор Российской Федерации, доктор технических наук, автор более 80 научных трудов и 25 изобретений.

РГ